May 30th, 2019

Каких имен и почему избегали в династии Романовых



Сравнивая имена новой династии с именами династии Рюриковичей, бросается в глаза, что Романовы избегали некоторых имен, прежде обычных и даже популярных в семьях русских монархов. Изменения в предпочтениях происходили с течением времени: похоже, что некоторые имена, присущие первым Романовым, стали считаться «несчастливыми». В конце 19 – начале 20 вв. происходит обратный поворот: детям царских кровей снова изредка дают имена, ранее отвергавшиеся.

Редкие и «запретные» мужские имена
Среди первых Романовых были имена, которыми не назывались царствовавшие Рюриковичи – Михаил, Алексей, Петр. Но некоторые служили прямой отсылкой к временам прежней династии – Федор, Иван. Заметно, что употребление некоторых имен прекращается уже в связи с несчастными событиями 17 века.

Первый сын царя Алексея Михайловича, названный Дмитрием, умер в младенчестве. Поскольку и последнего сына Ивана Грозного, погибшего в Угличе, звали так же, имя Дмитрий, видимо, окончательно сочли несчастливым. Только в 1860 году так назвали внука Николая I, третьего сына великого князя Константина Николаевича. С тех пор Дмитриями назвали еще нескольких великих князей, но ни разу – детей в семьях царствующих монархов.

Несвойственным Рюриковичам именем Илья нарекли сына царя Федора Алексеевича, но он тоже умер во младенчестве, и с тех пор Романовы никого и никогда не называли Ильей.

После смерти Федора Алексеевича, не оставившего наследников, это имя тоже вычеркивается из именослова Романовых. Федор появляется там единожды только в самом конце 19 века. Это несмотря на то, что очень многие западноевропейские принцессы, выходя замуж за Романовых и переходя в православие, становились «Федоровнами».

Имя Иван стало, очевидно, считаться несчастливым после трагической судьбы Ивана VI Антоновича, младенцем заключенного в темницу и позже убитого. Петр – после убийства Петра III. Павел – после убийства Павла I.

Алексеи среди Романовых после смерти в застенке сына Петра I появляются снова только в середине 19 века.
Имя Борис, по-видимому, вообще считалось проклятым из-за Бориса Годунова уже у первых Романовых. Только в 1877 году великий князь Владимир Александрович, младший брат Александра III, называет так своего третьего сына.

Крещение этого великого князя в память святого Владимира тоже стало прецедентом в доме Романовых. Великий князь Владимир Александрович был третьим сыном наследника престола Александра Николаевича, будущего императора Александра II. Он родился в 1847 году. В своей семье Владимир Александрович сам стал новатором по части наречения имен детям. Еще одному своему сыну (всего их было четыре) он дал имя, почему-то раньше не востребованное ни Рюриковичами, ни Романовыми – Кирилл.

Отдельные великие князья во второй половине 19 века также стали новаторами или возродили некоторые свойственные Романовым в старину имена, презрев суеверия. Великий князь Николай Николаевич (старший), третий сын Николая I, назвал в 1864 году Петром своего второго сына. Правда, больше никто в династии не последовал его примеру. Одного из своих сыновей Пётр Николаевич назвал Романом – тоже уникальный случай в доме Романовых. Еще раньше, в 1860 году, сам Александр II назвал Павлом своего шестого сына, но и этот случай оказался единичным в царской семье после гибели Павла I.

Два великих князя особенно отличились по этой части. Константин Константинович, знаменитый поэт К. Р., внук Николая I, назвал четырех из своих шести сыновей: Иоанн (то есть Иван, но именно в такой «царской» форме), Гавриил (никогда не встречалось у русских монархов), Олег и Игорь (были популярны у древнерусских князей). Эти примеры оказались единичными и по большей части несчастливыми: Олег погиб в первые недели Мировой войны 1914 года, а Иоанн и Игорь убиты большевиками в Алапаевске в 1918 году.

Collapse )
promo dmgusev april 13, 2014 10:01 24
Buy for 100 tokens
Дмитрий Гусев, председатель наблюдательного совета Бакстер Групп. Как появилась Bakster Group, какую роль вы играли в ее создании? Бакстер Групп – это организация, которую создавали четыре человека – Олег Матвейчев, Ренат Хазеев, Сергей Чернаков и Дмитрий Гусев. Мы вчетвером…

Феврония: почему ее подозревали в колдовстве



В 1547 году на Московском церковном соборе состоялась канонизация святых благоверных Петра и Февронии. После канонизации Московский митрополит Макарий поручил Ермолаю Прегрешному, известному русскому писателю и публицисту XVI века, сделать литературную обработку устной легенды.

Ермолай Прегрешный, более известный как Ермолай - Еразм, современник Ивана Грозного, создал «Повесть о Петре и Февронии» (полное оригинальное название «Повесть от житиа святых новых чюдотворець муромских, благовернаго и преподобнаго и достохвалнаго князя Петра, нареченнаго в иноческом чину Давида, и супруги его благоверныя и преподобныя и достохвалныя княгини Февронии, нареченныя в иноческом чину Еуфросинии»), которая является памятником древнеруфсской агиографической литературы XVI века. Повесть написана на старославянском языке и имеет несколько литературных переводов

Давид и Ефросиния - это имена, которые святые Петр и Феврония получили на закате жизни, при постриге в монахи (ранее постриг в монахи у престарелых супругов считался праведным и логичным завершением жизненного пути). Поэтому при вспоминании о благочестивых супругах встречаются обе пары имен (в летописях употребляется пара Давид и Ефросиния).

Согласно летописям, незадолго до начала княжения Петр (второй сын Муромского князя Юрия Владимировича) заболел страшной болезнью, тело его было покрыто язвами, и никакое лечение не помогало. Предполагается, что князь был болен проказой. Однажды во сне Давиду Юрьевичу было видение, о том, что под Рязанью, в деревне Ласковая, живет юная девушка по имени Феврония, которая одна может его исцелить. Дева была дочерью бортника, хорошо разбиралась в травах и была мудра не по годам. К ней и обратился за помощью будущий князь Петр. Он пообещал жениться на ней, если она его исцелит — так и случилось.

У Февронии был ручной заяц, что часто отражается в иконах. Когда к ней, в крестьянский дом в селе Ласково близ Рязани, впервые приехали гонцы князя, они увидели такое зрелище: за ткацким станом сидела дева и ткала холст, а перед нею скакал заяц. Став супругой князя, Феврония не оставила народного обычая собирать крошки после трапезы - для зайца. Но в средние века кормление зайца (а также змеи, жабы и др.) могло вызвать подозрения в колдовстве.

Повесть о святых Петре и Февронии рассказывает: «Однажды некто из прислуживающих княгине Февронии пришел к благоверному князю Петру и наговорил на нее: «Каждый раз, - говорил он, - окончив трапезу, не по чину из-за стола выходит: перед тем как встать, собирает в руку крошки, будто голодная!» И вот благоверный князь Петр, желая ее испытать, повелел, чтобы она пообедала с ним за одним столом. И когда кончился обед, она, по обычаю своему, собрала крошки в руку свою. Тогда князь Петр взял Февронию за руку и, разжав ее, увидел ладан благоухающий и фимиам. И с того дня он ее больше никогда не испытывал».

Возможно, чудо превращения крошек в церковные благовония не только оправдало деревенскую привычку Февронии, но и спасло от подозрений зайца благоверной княгини. Как известно, бесы бегут от ладана и фимиама. Следовательно, заяц Февронии не был связан с магическими ритуалами. Церковь прославляет Петра и Февронию как «обычаев злых и суемудрий языческих искоренителей».

Святые супруги пронесли любовь друг к другу через все испытания. Гордые бояре не захотели иметь княгиню из простого звания и потребовали, чтобы князь отпустил ее. Святой Петр отказался, и супругов изгнали. Они на лодке отплыли по Оке из родного города. Феврония поддерживала и утешала мужа. И тогда город Муром постиг гнев Божий. Вскоре приехали послы из Мурома, умоляя Петра вернуться на княжение. Бояре поссорились из-за власти, пролили кровь и теперь снова искали мира и спокойствия, и народ потребовал, чтобы князь вернулся вместе с Февронией. Петр и Феврония со смирением возвратились в свой город и правили долго и счастливо, творя милостыню с молитвой в сердце.

Collapse )

Что донские казаки обязательно забирали из дома на войну



Вера для казачьего сословия была основополагающим фактором бытия. Любому мало-мальски значимому делу или событию в жизни казаков предшествовала молитва, которая благословляла и оберегала храбрых воинов, и поддерживала их верных спутниц. С малолетства воспитывавшиеся в традициях христианства, они с момента крещения до тризны свято чтили веру предков, в борьбе за которую без страха складывали свои головы.

Казак и вера
Вне зависимости от того какое направление христианства исповедовали казаки, как в повседневности, так и на войне они проявляли удивительную религиозность.
Обязательно посещая богослужения, они строго соблюдали все присущие их церкви каноны и запреты, а, отмечая главные праздники - Рождество Христово, Пасху, Троицу, следовали собственному чиноположению.

С молитвы начинался каждый новый день и приём пищи, посещение друзей и выход на работу, казачий сход и отдых, а церковный календарь отмерял хозяйственные вехи их мирной жизни.

Каждый казак в обязательном порядке знал молитвы своих прадедов, которые он истово читал перед битвой. Помочь ему одолеть врага и вернуться домой должны были освещенные и замоленные перед походом сабли, мечи и защитное обмундирование.

Донские казаки
Донские казаки, придерживавшиеся канонического православия, свято чтили все церковные традиции, дополняя их собственными специфическими обычаями. К числу подобных нововведений можно отнести религиозный обряд, приуроченный к проводу донца на службу, а также благодарственный молебен, заказываемый родными при его возвращении.

Перед уходом на службу каждый сын должен был получить благословение отца, который, держа в руках икону, завещал молодцу всегда помнить о Боге и его заповедях и с честью отдать воинский долг государю и Отечеству.

После все новобранцы и станичники собирались у часовни, где проходила обедня, в ходе которой казаки просили у Николая Чудотворца покровительство и помощь.

Характерной особенностью воинских молитвенных традиций донских казаков является органичное вплетение в них народных фольклорных заговоров. Эти церковно-суеверные формулы из поколения в поколения служили воинам дополнительным оберегом в их постоянном пребывании на рубеже жизни и смерти.

Большое разнообразие военных молитвенных заговоров донцов стали известны общественности благодаря публикациям Леонида Майкова.

Передаваемые от отца к сыну священные тексты в мирное время хранились в красном углу дома, а в день отправления на войну помещались в ладанку или вкладывались в шов рубахи. Вместе с горстью родной земли и образком они образовывали так называемый охранительный комплекс.
Во время Великой Отечественной войны многие казаки держали семейные молитвенные заговоры в расшитых кисетах, свято веря в божественную защиту.

Гребенские казаки
Гребенцы, начавшие расселяться на Северо-Восточном Кавказе в XVI веке, строго придерживались основ христианской веры своих отцов. Во времена, когда на новом месте жизни и службы ещё не были возведены храмы, казаки для проведения совместных обрядовых ритуалов собирались в одном из домов, считавшимся молельным.
Из-за отсутствия духовенства, имевшего право совершать церковные таинства, гребенцы на первых порах применяли альтернативное богослужение. Так, самый главный для самоидентификации любого казака, обряд Крещения проходил в водах реки Терек, при Причастии каждый мужчина прикусывал конец своей бороды, считавшейся священной, а обряд Покаяния заменялся на самопокаяние.

Поскольку всё их бытие было пронизано религиозностью они, на протяжении столетий тесно контактируя с мусульманскими народами данного региона, всё же сумели сохранить в чистоте свою веру.

Не отреклись от её основ гребенские казаки и после случившегося во второй половине ХVII века церковного раскола. Продолжая в строгости соблюдать и исполнять религиозные обряды своих предков, они не участвовали в политико-церковных диспутах между сторонниками Никона и раскольниками, стоя на том, что ничего не прибавляя, не убавляя исповедуют веру, доставшуюся им от дедов и отцов.

Отстаивая собственную самобытность, они продолжали креститься двумя перстами, совершали Крестный ход по солнцу (посолонь), молились по старым церковным книгам.

В действиях гребенцев не было ни антиправительственного, ни антипатриаршего подтекста, просто они продолжали молиться и служить Господу по унаследованным раннехристианским канонам, всячески стараясь держаться подальше от наводнивших Кавказ раскольников.

Дистанцируясь от последних, гребенские казаки часто повторяли, что право на «старую веру и двуперстное крещение» им за доблестную службу Отечеству даровал император Пётр I.

Кстати сознавая ведущую роль гребенцев в деле защиты южных рубежей Российской империи, власти сквозь пальцы смотрели на их приверженность старообрядству и не пытались преследовать или насильно склонять к принятию официального православия.

Collapse )